Анатолий Азольский. Лопушок -
6 >
он представлял студентам как бытовые происшествия в
гороховейской бане, к примеру. Так, объясняя суть
нестационарной теории возмущений, он вовремя вспомнил, что
случилось, когда в бане рухнула стена, отделявшая голых женщин
от голых же мужчин.
С некоторыми диковинными ошибками и описками мать
знакомила отца, протягивая ему тетрадку, не называя -- в
педагогических целях -- имен, чтоб не по годам резвый на
пакости сын фамилией не воспользовался, но сладостное желание
стать обладателем чужой тайны обостряет слух и зрение, автор
несусветного ляпа или развеселой нелепицы почти сразу
угадывается. Однажды стол пересекло -- от матери к отцу --
раскрытое сочинение с красными вопросительными значками. Отец
полистал его, крякнул, вздохнул: "По количеству пота он
превзошел всех гениев, это ты отрицать не можешь..." Карандаш
матери, порхавший над очередным сочинением, застыл, мать
выпрямилась на стуле, выгнула спину, затекшую от сидения.
Сказала презрительно: "Не пботом надо бахвалиться, а умом, что
к поту приложен..." Отец возражал: "За ним -- власть, власть
земли, вековой опыт земледельца". Карандаш вновь навис над
сочинением, мать завершила ею же начатый спор: "Подавляет он
всех..."
Не шевельнувшийся Андрюша понимал, однако, что речь шла о
будущем медалисте, о десятикласснике, которому прочили великий
и славный путь, о Ване Шишлбине, который рожден был
начальником, который мог стать и секретарем, и директором, и
председателем, и заведующим, кем угодно, но обязательно --
руководителем.
Неисповедимы пути, но познаваемы истоки... Человек,
ставший заместителем министра, Иван Васильевич Шишлин то есть,
учился в той же школе, что и будущий академик, орденоносец и