Анатолий Азольский. Облдрамтеатр (фрагмент) -
38 >
разве лишь с согласия родственников. Вдруг, всю процессуальную
тягомотину отбросив, сельский милиционер, нахватавшись в
больнице городских словечек, оттер тетку от шкафа и забазлал,
как мартовский кот:
-- Анализы беру!
После чего запустил руки в карманы синицынской одежды,
прощупал и китель, тоже на плечиках висевший в шкафу, дав
заодно ошеломленному "анализами" Гастеву глянуть на носильные
вещи покойного и потрогать их. Ничего в карманах найдено не
было, и взъерошенный милиционер громко, никого не стесняясь, с
неимоверной злостью прошипел:
-- Тоже мне работяга!.. Фрезеровщик, мать его!.. Даже
катышка нет трамвайного или автобусного билета! На такси
разъезжал! Буржуй!
Этот логический пируэт Гастев решил задержать в памяти,
как-нибудь ввернет его на лекции примером ложного силлогизма.
Кажется, все милиции-полиции одинаковы, литература приводит
курьезнейший эпизод в Гамбурге: там сыщик обыскал всю квартиру
убитого, не нашел ни одного не принадлежащего хозяину следа, с
лупой обследовал пол и мебель в поисках волоса преступника, не
обнаружил его, на основании чего и заключил: убийца -- лысый.
Разочарованный сельчанин не очень уверенно предложил тетке
сдать оружие и ценности в порядке добровольной выдачи, получил
отказ и уставился на комодик, где, судя по горящим глазам его,
прячутся ювелирные изделия, и тут на комодик легла, защищая
его, школьница, зарыдала: ключ -- у тети Вари, без нее нельзя
открывать!.. Уже участковый пожаловал, соседи толпились у
двери, тетка предложила попить чайку, и школьница бесхитростно
поведала о третьей жилице, Варваре Анохиной, которая доводится
Синицыну двоюродной сестрой. Ночует здесь Варвара от случая к
случаю, все чаще у хахалей, каких у нее полно, что подтвердил и