Анатолий Азольский. Облдрамтеатр (фрагмент) -
45 >
медицинский институт, -- тоже благо для следователей. Все трупы -- разной степени годности к экспертизе, вагоновожатый найден склонившимся над контроллером, лицо в прижизненных ушибах и порезах, прибегнул он к торможению или не успел -- значения уже не имеет: 55 лет, сердечник. От удара бешено мчавшегося автомобиля вылетели все предохранители, погас свет, а уж отчего задымила моторная часть -- пусть устанавливает пожарно-техническая экспертиза, медикам своих забот хватает, будут делаться попытки реконструировать лица неопознанных потерпевших, но -- только послезавтра, потому что еще не исчерпаны более простые способы: в понедельник выяснится, кто пришел на работу, а кто нет и по какой причине, в милиции, возможно, уже лежат заявления о пропаже людей. Оба обгоревших трупа экспертами условно названы "водитель" и "пассажир", и что с ними делать -- известно, вопросы официально поставлены следователем районной прокуратуры, но ответ на них определенности не внесет, да от экспертов она не требуется, и дело вообще обречено на списание, ибо ничто не доказуемо. В плевре и верхушках легкого "водителя" сажи не обнаружено, он не дышал в момент столкновения, но когда перестал дышать -- таким вопросом следователь не задался, а спроси он -- ответа не получил бы, и второй пассажир в мыслях его не фигурирует. Чем нанесен был удар "водителю"? Можно только предполагать, потому что череп не подскажет, в салоне полыхал огонь, а от высокой температуры черепа имеют обыкновение расходиться по швам. Кастет? Ребро ладони? Замах руки сидящего сзади -- и удар, отключающий "водителя"? Такое возможно. Рентгенография в двух проекциях обнаружит сдвиг одного из шейных позвонков, но инерция внезапно остановившегося автомобиля такова, что у