Анатолий Азольский. Облдрамтеатр (фрагмент) -
55 >
позвонили. Потому, видимо, что с самого начала знали: "Победа"
заправлялась в обкомовском гараже, о чем протрепались
доминошники, но гараж-то -- вотчина госбезопасности, а к ней
стойкую неприязнь питает милиция, вся милиция, кроме младшего
лейтенанта Ропни, который и не подозревает об обкомовском
происхождении "автомашины неизвестной марки". Мильтон из
деревни -- везунчик, крючками своего сельского воображения
сцепивший трамвай со странным поведением больного Синицына.
Такие гениальные дурачки только в деревнях и водятся, где изо
дня в день, из года в год с естественной целесообразностью
повторяются истинно природные явления, а люди не для
преступлений созданы, потому и сельские мозги так чутко ловят
нарушения вековых ритмов и злодеев распознают на расстоянии.
Неспроста Шерлок Холмс поигрывал на скрипке: он, живший вдали
от мычания коров, классическими мелодиями восстанавливал в себе
ощущение правильности мироздания. (Гастев уже оделся и модным
узлом затягивал галстук.) Тот же Ропня склонен, как и младший
сержант, страдалец по женской части, связывать женщину с
безумством "водителя", но как и почему -- непонятно. Тем не
менее нельзя исключать: за столом с тортом сидела и женщина,
она же приехала в гости с тремя мужчинами. Три здоровых мужика
отклонили бы приглашение к чаю, мужикам нужна выпивка, но если
с ними женщина, то поведенческий стереотип изменится. Ни одно
преступление не обходится без женщины, грубая мужская мысль
становится изобретательнее, изощреннее, когда рядом пульсирует
инополый мозг.
Зеркало -- на внутренней стороне дверцы шкафа, и Гастев
уже закрывал его, когда увидел женский халат, красные
хризантемы на желтом фоне, швейное изделие стоимостью в двести