Анатолий Азольский. Женитьба по-балтийски -
25 >
доехать до порта. Коробка конфет, едва уместившаяся в ее портфеле, была куплена в той же лавке, и букетик цветов, ошеломивший девчонку. На кораблях в Западной Драгэ уже сыграли "Команде вставать!", когда буксир пришвартовался рядом с "Софьей Павловной". Алныкин удовлетворенно вздохнул, оглядывая бухту. Все на месте, семья в сборе, все дивизионы обеих бригад, десантные баржи и монитор "Выборг", бывший финский броненосец береговой обороны, БК-133 приветственно светит огнями. Помощник прослезился, прижимая к груди шампанское, командир пожаловался на него: в день похорон Сталина нецензурно выражался. "С глазу на глаз или в присутствии личного состава?" Командир не знал, хотел навести справки у личного состава, но был вовремя остановлен. Еще до подъема флага Алныкин доложил командиру дивизиона о прибытии, после чего закрутилась обычная бригадная карусель, на катерах - отработка задачи No 1 по "Курсу подготовки надводных кораблей", сплошная тягомотина. На воскресенье помощник намечал пикничок с шампанским и медсестрами. Выход в море - по плану - в среду или четверг. Вдруг утром прибежал рассыльный: "Лейтенанта Алныкина - к командиру бригады!" Самая просторная и удобная каюта на плавбазе заполнена массивной фигурою комбрига, с трудом скрывавшего злость: командир БЧ-2 БК-133 совершил нечто, чернящее офицерский коллектив, и ему предлагается немедленно убыть в город, в военно-морскую базу Таллин для дачи объяснений. - Разрешите узнать, куда именно? И кому давать объяснения? - опешил Алныкин. - И какие объяснения? Комбриг вчитался в текст на бланке. Поднял на Алныкина ставшие незрячими глаза. - Начнете с погранкомендатуры... Командировка на трое суток уже выписана, буксир уходит через час. Ни минуты на разговор с командиром, но помощник уже учуял беду, прибежал, губы его тряслись, Алныкин успокоил друга и собутыльника: ни в Ленинграде,