Анатолий Азольский. Женитьба по-балтийски -
33 >
старшему лейтенанту, нахрапистому и языкастому. Голос его гремел, заглушая повизгивания майора, уличенного в нарушении юридических норм и несоблюдении правил социалистического общежития. "Я, - с напором настаивал старший лейтенант, - не против следственного эксперимента, надо лишь продумать его санитарно-гигиенические, морально-этические и политические аспекты. Так, предполагаемое вещественное доказательство принадлежит не только ему, но в некотором роде является табельным имуществом, и обращаться с ним надо в соответствии со статьями Корабельного устава. Во-вторых, - продолжал старший лейтенант, чье красноречие явно превосходило полупьяную болтовню майора, - во-вторых, изучена ли в морально-политическом отношении гражданка эстонской национальности, не просматривается ли в ее действиях дискредитация Военно-морских сил СССР и стремление изучить кадровый состав флота? Не выполняет ли она задание американской разведки, и не следует ли поэтому - исключительно в целях дезинформации - заменить старуху особой значительно помоложе?" Алныкину стало весело... Он сел, с наслаждением вытянул ноги, внимая голосам за дверью. Майор, кажется, был уже сломлен, молчал, зато раздался голос штатского, тот спросил, где старший лейтенант был поздним вечером 13 марта. Ответ последовал немедленно: - Тринадцатого марта пятьдесят третьего года с двадцати одного ноль-ноль до полуночи я безотлучно находился в квартире начальника Политуправления флота! Свидетели: сам начальник Политуправления, его дочь, то есть моя невеста, супруга начальника Политуправления Екатерина Леонидовна и командующий Восьмым флотом. Сказанного было достаточно, чтоб не задавать больше вопросов, таковых и не последовало, старший лейтенант пригрозил еще и тем, что доложит руководству о нарушении социалистической законности, и в заключение хлопнул дверью,