Анатолий Азольский. Женитьба по-балтийски -
54 >
часов дн в море не выйдешь, и Алныкин сразу после подъема флага устремился на берег, ловить Леммикки у дома или школы, но сидела она на той же скамейке, с портфелем, как-то иначе одетая, получше, что ли. - Нам надо пожениться. - Конечно, - кивнула она и, напугавшись, расстегнула портфель, облегченно вздохнула: - Здесь он, паспорт. Этот день вспоминался Алныкину часто, и всегда рядом с Леммикки и собою он видел шустренькую подружку ее. Эта Настя-Аста Горошкина протащила их через все учреждения, ведавшие браками и пропусками в Порккала-Удд. Из милиции Леммикки вышла с анкетами, заполнять их решено было на квартире Горошкиной: все пока скрыть от родителей Леммикки, и в загсе расписаться тайно, свидетелей бракосочетания подобрать на улице в назначенный день 24 мая. И справки какие-то выбила Настя, но - это уж точно - только дурные ноги понесли Алныкина в штаб флота, в отдел кадров офицерского состава - вносить важные изменения в личное дело. Его, разумеется, с позором изгнали оттуда, сурово разъяснили, что начинать хлопоты о пропуске в Порккала-Удд надо с бригады, по запросам из Кирканумми заскрипят перь во многих ведомствах. Кадровиков раздражали постоянные напоминания Алныкина о том, как правильно пишется имя будущей жены, тот особо подчеркивал: через два "м" и два "к". Три длинных зеленых ящика грузились на палубу, когда Алныкин, оторвавшись от Леммикки, подбежал к катеру. Суетился сопровождавший груз капитан-лейтенант, ящики закрепили, оперативный дал "добро", и БК-133 резво пошел к выходу из таллинской бухты, все дальше отходя от берега, от мрачной тюрьмы, решетками окон смотревшей на водную гладь, от невесты, чем-то беленьким махавшей, и Алныкин спустился в башню, чтобы оптикой приблизить ее к себе. Капитан-лейтенант прощупал крепления ящиков и сидел на них, не отходя ни на