Библиотека волшебства

46 >

Мормосов  потянул девчонку  за руку, и забралась она, довольная, на телегу с
купленным ей леденцовым петушком на палочке.
     А он то постегивал лошадь,  то натягивал вожжи  и замирал в мучительных
воспоминаниях.  Одного  их этих  двух  приценявшихся  к  бимберу  немцев  он
когда-то видел, немец был знакомым, и давно знакомым. Эти  два офицера ехали
в разные  места:  высокий и рыжеватый в Германию, в Мюнхен,  а  шатен  очень
приятной  внешности  советовал  ему взять  бимбер,  похвастаться  в  отпуске
колониальным алкогольным продуктом. Немец этот наверняка останется в городе,
где, конечно, самогоном обопьешься, и  в  разговоре мелькнула  его  фамилия:
Клемм.
     Он выпряг лошадь, погладил обрадованную Магду и забился в угол конюшни.
Было  страшно вспоминать, потому что  границы  воспоминаний  раздвигались  и
удалялись,  год отлетал  за годом,  пока  память не  остановилась на  поезде
Москва-Сталинград. Он догадался, где встречал немца или  человека, очень его
напоминавшего. Да, в том поезде Москва-Сталинград, в вагоне-ресторане. Войдя
в него,  он сразу увидел бывшего  начальника, понял  также, что начальник не
очень-то хочет узнавать  его, поэтому Петр  Иванович не  смотрел на него,  а
когда  по проходу двигался к свободному столику,  перевел взгляд на парня  в
штатском,  соседа  двуромбового.  Сел  спиной  к   начальнику,  слышал,  что
происходит сзади, а там  просто уминали ужин да молча попивали пиво. То есть
незнакомые,  случайно  сведенные столиком люди, и  в таком  убеждении был он
даже  после  того,  как  бывший  начальник  произнес  целеуказующую  речь  о
желательности пребывания Мормосова где угодно, но  только не в столице СССР,
главных  городах  союзных республик и  областных  центрах. Начальник встал и
ушел,  а парень  остался сидеть.  Но начальник-то - за двоих  расплачивался:

Следующая

46 >