Питер Бигль. Лила, оборотень -
6 >
один уходит на урок гитары, один на занятия по гончарному делу,
и примерно два раза в неделю она готовит эти ее баклажаны. По
пятницам она гостит у матери, ну и на одну ночь в месяц
обращается в волчицу. Ты понимаешь, о чем я? Чтобы она ни
делала, она все равно остается Лилой, и я просто не способен
испытывать по этому поводу какое-то ужасное потрясение. Ну,
может быть, небольшое, потому что все-таки какого черта? Нет,
не знаю. Во всяком случае, спешить особенно некуда. Я конечно
поговорю с ней обо всем, когда представится случай. А так все в
порядке.
- Черт побери, - сказал Бен. - Теперь ты понимаешь,
почему никто больше не питает уважения к либералам? Фаррелл, я
же тебя знаю. Ты просто-напросто боишься обидеть ее.
- Ну, в общем, и это тоже, - согласился немного смущенный
Фаррелл. - Не люблю я выяснять отношения. Если я разойдусь с
ней сейчас, она решит, будто это из-за того, что она оказалась
оборотнем. А я буду неудобно себя чувствовать - каким-то
прохвостом да еще и с буржуазными предрассудками. Мне следовало
порвать с ней при первой же встрече, или когда она во второй
раз приготовила баклажаны. Вот мамаша ее, вот кто настоящий
оборотень - если и есть на свете человек, способный заставить
меня нацепить амулет с волчьим корнем, так это именно она.
Черт, лучше бы я ничего не знал. Сколько я ни узнавал
что-нибудь о людях, всегда потом жалел.
Бен, продолжая спорить с Фарреллом, дошел с ним до самого
книжного магазина. Фаррелла это тронуло, потому что Бен терпеть
не мог пеших прогулок. Перед тем, как расстаться, Бен
предложил:
- По крайней мере ты мог бы воспользоваться волчьим
корнем, о котором сам говорил. Чеснок вот тоже - суешь его в
мешочек и носишь на шее. Ну что ты смеешься? Раз существуют