Питер Бигл. Соната Единорога -
2 >
девчонке, смотревшей на нее с витрины, пригладила волосы, с трудом отворила
тяжелую дверь и вошла.
После залитой солнцем улицы в маленьком магазинчике было прохладно и
сумрачно, словно под водой: в летнем лагере Джой занималась подводным
плаванием. Пахло свежими опилками, старым войлоком, металлом и лаком для
дерева.
Джой тут же чихнула Седовласый мужчина, прилаживавший новый мундштук к
саксофону, не поднимая головы произнес:
- Мисс Джозефина Анджелина Ривера. Аллергия на музыку.
- У меня аллергия на пыль! - громко заявила Джой. Девочка скинула
рюкзачок и бросила его на пол. - Вы бы хоть раз в год пылесосили!
Мужчина громко фыркнул.
- Итак, мы сегодня в хорошем настроении или в дурном? - У него был
хриплый и очень своеобразный голос - в нем слышался не акцент, а скорее эхо
другого, полузабытого языка. - Газетам следовало бы печатать прогноз
настроения Риверы вместе с прогнозом погоды.
Джону Папасу было лет шестьдесят - шестьдесят пять. Это был невысокий
коренастый человек с треугольными темными глазами, высокими скулами,
крупным, мясистым носом и густыми седеющими усами. Он положил саксофон
обратно в футляр.
- Твои родители знают, что ты здесь? Только честно.
Джой кивнула. Джон Папас снова фыркнул.
- Да уж, конечно! Когда-нибудь я все-таки позвоню твоей матери
выяснить, знает ли она, сколько времени ты проводишь в этом хламовнике.
Возможно, ей не нравится, что ты тут столько торчишь. У меня и так
достаточно хлопот - зачем мне еще неприятности с твоим семейством? Так что
давай-ка ты мне свой телефон, и я им звякну - идет?
- Ну да, только звонить лучше попозже, - буркнула Джой. - А то их почти
не бывает дома.
Девочка плюхнулась на стул, откинула голову на спинку и закрыла глаза.