Питер Бигл. Соната Единорога -
35 >
вроде выглянувшего из-под снега цветка.
По пути Ко собирал фрукты - сладкие темно-пурпурные фиги и еще какие-то
плоды, которые он называл джавадурами. Они выглядели как помесь манго с
авокадо, пахли мокрой псиной, а на вкус напоминали ириски и заварной крем.
Джой, у которой крошки во рту не было после той самой полуночной чашки
шоколадного молока, выпитого еще в другом мире, истребила все собранные Ко
джавадуры и попросила еще. Сатир полыценно просиял и сказал:
- Тогда посиди здесь и отдохни, дочка. Лучшие джавадуры растут в чаще
леса. Здешние им и в подметки не годятся, вот увидишь. Подожди меня здесь.
Джой радостно плюхнулась под дерево с забавной пупырчатой корой - оно
напоминало большущий золотой ананас. Девочка мгновенно уснула, и ей
приснилась Би-Би Хуанг, ее лучшая школьная подружка. Во сне они почему-то
вместе купали младшего брата Джой, Скотта, и Би-Би говорила, что им нужно
быть очень осторожными, потому что в мыльной пене иногда прячутся всякие
странные штуки, а если они попадут Скотту в нос, он не сможет дышать.
Худшего предположения Джой не слыхала за всю свою жизнь. Она принялась было
что-то говорить, и вдруг поняла, что ей самой становится все труднее и
труднее дышать. Ее душил запах, похожий на вонь горящего мусора, а шею
терзала боль. Скотт и Би-Би исчезли, а вместо этого откуда-то появился
смутно знакомый голос, и этот голос что-то кричал. Джой открыла глаза.
Холодная колючая рука плотно зажимала ей рот, а другие руки больно
схватили ее под мышки. Лишь стукнувшись головой о ветку, Джой сообразила,
что ее оторвали от земли и с неумолимой силой тащат наверх. Разгневанный
голос продолжал что-то кричать, а окружавшие Джой золотые листья шипели и
потрескивали. "Или это были другие голоса?" В какую-то секунду Джой