Питер Бигл. Соната Единорога -
37 >
нашло, тируджа, что ты позволил ей спать здесь?
Ко уронил голову, и его голос сделался еле слышен.
- Я думал... говорили, что они ушли отсюда. Ты же знаешь, эти крийякви
бродят с места на место, и в этом лесу их не видели уже сезона три-четыре...
- последние слова он пробормотал, уткнувшись в волосы Джой.
- Они вернулись! - отрезал Индиго. - И тируджайи должны были бы узнать
об этом раньше всех прочих!
Джой переводила взгляд то на Индиго, то на Ко. Когда сатир заговорил
снова, aro голос звучал уже более твердо.
- Дочка, я не прошу тебя простить меня. Только... только я вправду
думал, что эти деревья безопасны. Я действительно так думал.
- Но что они такое? - дрожащим голосом спросила Джой. - Почему они... В
смысле - а чего они хотели-то?
Ей до сих пор мерещились застывшие, жадные змеиные глаза на золотых
лицах. Они стояли у Джой перед глазами, даже если она зажмуривалась.
- Никто этого не знает, - отозвался Ко. - Никто из тех, кого схватили
крийякви, так и не вернулся. Они живут на этих деревьях и ловят моих
соплеменников, когда им это удается, - сверху, с веток, как они почти что
поймали тебя. Мы никогда не находили костей или... вообще ничего не
находили, и мы не знаем... - Он так крепко сжал Джой в объятиях, что у нее
заболело еще в нескольких местах.
- Я не верю в это, - сказала Джой. - Вот это, это все, так просто. Я
просто не верю ни во что! И в тебя тоже не верю, - заявила она сатиру, но
потом все равно уткнулась лицом в его не слишком-то ароматную шерсть.
Она слышала, как Индиго спросил у сатира:
- Куда ты ее ведешь?
- К Старейшим, конечно, - отозвался Ко. - Куда же еще я могу повести
чужака?
Когда Индиго снова заговорил, его голос звучал до странности