Питер Бигл. Соната Единорога -
66 >
хотя Джой быстро научилась довольно точно определять время по солнцу, или
луне, или по вкусу воздуха, это умение столь же быстро потеряло для нее
значение. Она ела фрукты и ягоды, когда была голодна, спала на мягкой траве,
когда уставала, играла с Туриком и его друзьями, когда ей хотелось,
пряталась в пещерах сатиров, когда шел дождь, и учила ручейную джаллу петь
"Желтую подводную лодку". Иногда она целый день или целую ночь сидела под
деревом, застыв, словно одна из Старейших, и слушала музыку Шей-раха. Джой
больше не пыталась подобраться поближе к ней или понять, какое же все-таки
отношение она имеет к единорогам, которые каким-то образом являлись
источником этой музыки. Она просто сидела и днями напролет слушала, тихонько
напевая себе под нос.
Но больше всего, пожалуй, ей нравилось смотреть на принцессу Лайшэ и
Тамирао. Могучий каркаданн был молчалив и несколько неуклюж, как и все ему
подобные, но его привязанность к Лайшэ придавала Тамирао, на взгляд Джой,
спокойное изящество, сравнимое с изяществом самой принцессы. Когда девочка
видела, как они прогуливаются вечерами по Закатному лесу или смотрят на
розовеющий зарею водопад, падающий с утеса и разбивающийся почти что у их
ног, их радость согревала и Джой. Лайшэ часто приглашала девочку погулять с
ними, но Джой слишком стеснялась, чтобы принять это приглашение.
С лордом Синти Джой вечно встречалась именно в те моменты, когда менее
всего этого ожидала. Ей никогда не удавалось завидеть или заслышать черного
единорога прежде, чем он оказывался рядом с ней. Иногда лорд Синти бывал
дружелюбен и весьма разговорчив - разговорчив для него, конечно. А иногда он
казался таким далеким, таким обособленным и застывшим, что Джой чувствовала
себя дурочкой и даже слегка пугалась: она никак не могла понять, что же