Питер Бигл. Соната Единорога -
79 >
Индиго, понизив голос:
- Но как? Как кто-то из вас может захотеть жить здесь? Захотеть
выглядеть, как мы? Зачем вам это, если вы можете быть Старейшими в Шей-рахе?
Индиго взглянул на девочку. В это мгновение в его лице не было ни
присущей ему насмешливости, ни иномирной красоты - лишь нечто, напоминающее
человеческую боль. Так же тихо он ответил:
- А ты считаешь, что это так уж здорово? Вечно пребывать волшебным,
чистым, ангелоподобным и не иметь никакого выбора? Когда из-за того, кто ты
есть, ты никогда не узнаешь, какой ты? Ты - глупая, невежественная,
ничтожная смертная, и все же я предпочел бы быть тобой, чем самим лордом
Синти! Никто из Старейших никогда не говорил такого никому из смертных.
- Ну так флаг тебе в руки! - огрызнулась Джой. Слова Индиго разозлили
ее, но прозвучавшая в них страстность так поразила Джой, что девочка просто
не придумала ничего лучшего.
Джон Папас вернулся в торговый зал, и в глазах его плескалась
усталость.
- Может, я смогу найти еще немного золота, - сказал он. - Возвращайся
через несколько дней, через неделю - там посмотрим.
- Посмотрим, - отозвался Индиго. Он забрал из рук Папаса
серебристо-голубой рог и, ничего больше не сказав, двинулся к выходу.
- Эй, подожди! - крикнула ему вслед Джой. - Нам нужно поговорить!
Хлопнула дверь. Джой и Джон Папас с дурацким видом уставились друг на
друга. А в пыльных углах магазина все еще смеялась музыка Шей-раха.
- Я должен получить его, - ровным голосом произнес Папас. - Никогда в
жизни мне ничего так сильно не хотелось, как эту вещь, этот рог. Правду тебе
говорю - мне стыдно, что я так его хочу.
- Я понимаю, - сказала Джой. - Правда понимаю. Но он тронулся умом! Ему
нельзя этого делать, нельзя продавать рог! Неважно, что он там несет. Если