Питер Бигл. Соната Единорога -
98 >
добрались до Границы, когда Джой обернулась, чтобы что-то сказать Турику,
почувствовала запах пены для ванн и обнаружила, что рядом с ней идет Индиго.
- Твой приятель умчался по каким-то своим дурацким делам. Он скоро
вернется, - сказал Индиго.
Несмотря на слова, в годосе Индиго неслышно было его обычной дерзости.
Джой остановилась и сказала:
- Вы можете умереть.
- Мы не бессмертны, - отозвался Индиго. - Мы только очень-очень долго
живем. И не все мы уходим вместе с лордом Синти, чтобы провести зимние
месяцы в глубокой медитации. Только старшие. А когда придет весна, вполне
может случиться так, что кто-то из нее не выйдет. Тогда Старейшие говорят,
что он просто покинул нас, удалился в Великое Одиночество, куда раньше или
позже уйдет каждый из нас. Это - первая ложь. Остальные тебе известны.
- Но почему? - прошептала Джой. - Почему они просто не скажут об этом
младшим? Ведь все умирают...
- Если ложь проживет достаточно долго, она становится правдой. А это -
очень старая ложь, старше самого лорда Синти. Когда кто-то становится
достаточно взрослым, он присоединяется ко лжи. Разве по вашу сторону Границы
дела обстоят не так?
Джой не ответила. Тогда Индиго продолжил:
- Я не знаю, как все это началось. Но знаю, что я не хочу участвовать в
этом.
Джой хмыкнула.
- Ага. И потому ты стремишься на нашу сторону Границы, чтобы жить
честно. Чушь какая.
- Ты встречала другую Старейшую, которая думает так же, как я, - сказал
Индиго. Он говорил так, будто оправдывался. - На самом деле их намного
больше.
- Ну, если все они живут так же, как та женщина, то я бы сказала, что
ты меняешь шило на мыло.
Собственный голос показался Джой таким же презрительным, каким когда-то
был голос Индиго, и девочка попыталась смягчить его, но безуспешно.