Питер С.Бигль. Последний единорог -
16 >
Карнавал. Девятая клетка как раз свободна.
-- Мне понадобится веревка, -- произнес Рух. Он собирался уже отойти,
но старуха остановила его:
-- Единственная веревка, которая сможет ее удержать, -- это тот шнур,
которым старые боги связывали волка Фенриса. Тот, что был сплетен из дыхания
рыб, слюны птиц, женской бороды, мяуканья кота, жил медведя и еще одной
штуки. Я помню, из какой -- из корней гор. Поскольку у нас нет ни одного из
этих элементов, и гномов, которые сплели бы для нас такую веревку, тоже нет,
то придется обойтись тем, что есть. Железными решетками. Я сейчас наведу на
нее сон. -- И руки Мамаши Фортуны принялись плести ночной воздух, пока горло
ее ворчало какие-то неприятные слова. Когда старуха закончила свои
заклинания, вокруг единорога витал запах молнии.
-- Теперь в клетку ее, -- сказала старуха двоим. -- Она проспит до
рассвета, как бы вы ни шумели, если только вы по своей привычной глупости не
начнете тыкать в нее руками. Разберите девятую клетку и снова постройте ее
вокруг нее, но берегитесь! Рука, которая хотя бы просто скользнет по ее
гриве, тотчас же превратится в ослиное копыто, чем она, без сомнения, и
заслуживает быть. -- Старуха снова с издевкой взглянула на высокого
человека. -- Тебе будет еще труднее проделывать свои трюки, чем сейчас,
колдун, -- произнесла она, хрипло сопя. -- За работу. Ночи уже совсем
немного осталось.
Лишь только она отошла за пределы слышимости и снова скользнула в тень
своего фургона, словно и выходила-то всего-навсего, чтобы отметить, который
час, человек по имени Рух сплюнул и с любопытством произнес:
-- Вот иитересно, чего это старая каракатица забеспокоилась. Какая
разница, если мы возьмем и дотронемся до зверя?
Голос волшебника был так тих, что его почти не было слышно: