Питер С.Бигль. Последний единорог -
69 >
монашескую рясу, обутого в сандалии, с громадным животом, который
поддерживался веревочным поясом. Один, проходя мимо, играл на лютне и молча
пел.
-- Аллан Э-Дейл! -- Это был чувствительный вскрик Вилли Джентля. --
Только посмотрите на эти чудеса. -- Его голос был наг, как голос
новорожденной птицы.
Изящно гордые, грациозные, как жирафы (даже самый высокий из них всех
-- Бландербер с добрыми глазами), лучники шли через поляну. Последними рука
об руку вышли мужчина и женщина. Их лица были так прекрасны, как будто они
никогда не знали страха. Тяжелые волосы женщины сияли тайной -- словно
облако, таившее луну.
-- Ох, -- выдохнула Молли Грю. -- Мариан...
-- Робин Гуд -- миф, -- нервно заговорил Капитан Шалли. -- Классический
пример героических фигур фольклора, синтезированный из потребности народа.
Другой пример -- Джон Генри. Людям необходимо иметь героев, но ни один
человек не способен полностью соответствовать потребности, и вот так легенда
разрастается вокруг зернышка истины, будто жемчужина. Нет, это, конечно,
замечательный трюк, я ничего не говорю...
Первым с места рванулся потрепанный щеголь Дик Бредни. Все фигуры,
кроме последней пары, уже скрылись в темноте, когда он бросился за ними,
хрипло выкрикивая:
-- Робин, Робин, мистер Гуд, сэр, подождите меня! -- Ни мужчина, ни
женщина не обернулись, но вся шайка Шалли -- кроме Джека Дзингли и самого
Капитана -- ринулась к краю леса, спотыкаясь и толкая друг друга, затаптывая
костер, так что вся полянка вскипела тенями.
-- Робин! -- кричали они. -- Мариан, Скарлет, Малютка Джон! Вернитесь!
Вернитесь! -- Шмендрик начал смеяться, нежно и беспомощно.
Перекрывал их голоса, Капитан Шалли завопил:
-- Дураки! Дураки и малые дети! Это все обман, как и всякое волшебство