Питер С.Бигль. Последний единорог -
7 >
и луга, раскинувшиеся между камней, но ни одному из этих мест не
принадлежала и нигде не останавливалась передохнуть. Дорога торопила
единорога вперед, трогая ее за ноги, словно прибой, сердясь, на нее, не
давая остановитъся и прислушатъся к воздуху так, как она привыкла дома.
Глаза единорога постоянно были полны пыли, а грива свалялась и потяжелела от
грязи.
В лесу время всегда миновало ее, но теперь, в дороге, она проходила
сквозь время. Цвета деревьев менялись, а зверье, пока она шла, отращивало
свои тяжелые шубы и снова сбрасывало их. Облака ползли или спешили перед
вечно менявшимися ветрами и становились розовыми или золотыми на солнце, или
же лилово-серыми в бурю. Куда бы единорог ни заходила, везде искала она свой
народ, но не находила ни следа и не слышала больше ни единого слова о них ни
на одном языке из тех, на которых говорили вдоль дороги.
Однажды рано утром, собираясь свернуть с пути и поспать, она увидела
человека, рыхлившего мотыгой землю в саду. Понимая, что нужно спрятаться,
она, однако, остановилась и стала смотреть, как тот работает, -- покуда
человек не выпрямился и не посмотрел на нее. Человек был толст, его щеки
тряслись при каждом движении.
-- Ох! -- произнес он. -- Ох, какая же ты красивая.
Когда он стянул с себя ремень, сделал из него петлю и начал неуклюже
придвигаться к ней, единорог была больше польщена, чем напугана. Человек
явно знал, что такое единорог, как понимал, зачем существует он сам --
окучивать репу и гоняться за тем, что сияет и может бегать быстрее него. Она
увернулась от его первого броска так легко, словно ветерок, поднятый резким
движением, вынес ее из-под руки человека.
-- В свое время на меня охотились с колоколами и флагами, -- сообщила